Tag Archives: группы самопомощи

Арсений Павловский. Лечиться или мучиться? Как справиться с побочным действием препаратов терапии гепатита С на психику

После начала лечения гепатита C многие сталкиваются с очень серьезными проблемами в своей жизни. Во время терапии рушатся семьи, кто-то теряет работу, кто-то друзей, кто-то может попасть в милицию после скандала с продавщицей, редко, но бывает, что люди пытаются покончить с собой. Все это — последствия побочного воздействия противовирусной терапии на психику лечащихся.

Те, кто начинает лечить гепатит С, обычно хорошо знают о массе возможных побочных эффектов от терапии: симптомах гриппозного типа, головных и мышечных болях, слабости, кожных высыпаниях, выпадении волос, воздействии на психику и т. д..  Начиная терапию, я старался подготовиться к встрече с этими побочными явлениями, читал информационные материалы, расспрашивал людей, имевших опыт лечения ВГС (вирусного гепатита С). Я нашел много полезных рекомендаций по поводу того, как справляться с гриппоподобными симптомами, как избежать кожных высыпаний и заболеваний ротовой полости. Но вот полезных рекомендаций, касающихся психической сферы, я не нашел. Большинство рекомендаций звучали так: «избегайте стресса», «настройтесь на позитивный лад», но как это делать — было непонятно. Люди, которые уже лечились от гепатита, давали разные советы: кто-то говорил, что надо сразу начинать пить антидепрессанты, кто-то советовал ходить на йогу, медитировать, курить марихуану во время лечения, еще были люди, предлагавшие просто смириться и терпеть. По тем или иным причинам, эти советы были для меня малополезны.

Я в тайне надеялся, что меня такие побочные явления обойдут стороной. Для меня важно было оставаться в «здравом уме», так как я работаю психологом с детьми, столкнувшимися с проблемами в адаптации (как индивидуально, так в группах), и во время терапии гепатита я собирался продолжать работать. Но надежды были напрасны. В начале лечения я отправился в отпуск, и эта поездка превратилась в сущий кошмар как для меня, так и для моих спутников. Фактически каждый день со мной случались неконтролируемые приступы гнева и паники, я мучил себя и своих близких. Больше всего пугало, что я абсолютно терял критичность в эти моменты.  После возвращения из путешествия все эти явления никуда не исчезли. Поначалу такая ситуация ввергла меня в отчаяние, я совсем не понимал что делать, где искать помощи. Я серьезно стал раздумывать над тем, чтобы прекратить лечение…

Но со временем отчаяние отступило, я обратился за помощью к психиатру, начал принимать лекарства. Это значительно ослабило побочные проявления терапии и позволило более критично отнестись к тому, что со мной происходит. Я заметил, что мое поведение часто напоминает поведение моих клиентов — детей и подростков с нарушениями поведения. Этот факт дал мне возможность по-другому взглянуть на то, что со мной происходит, и открыл перспективы для поиска новых путей облегчения побочных явлений. То, что написано ниже — является следствием этих поисков и размышлений. Возможно, кому-то из вас это позволит пройти курс лечения, избежав или значительно облегчив страдания, которые часто приносит терапия ВГС лечащимся и их близким.

Читать далее:

Читать далее


Константин Зборовский. Группы самопомощи в технологии социальной реабилитации инвалидов

(из журнала Социальная работа № 5, 2008)

В последнее время все активнее и активнее проводится модификация технологий реабилитации различных категорий инвалидов. Особое внимание уделяется методикам и подходам, направленным на максимальную активизацию самого человека с ограничениями жизнедеятельности и членов его микросоциального окружения. Другими словами, на первый план выходят следующие задачи:
1. Четкое определение реабилитационного потенциала человека и его резервных (потенциальных) возможностей, то есть использование реабилитационного механизма компенсации на всех уровнях. Данное обстоятельство объясняется тем, что восстановление нарушенных функций у человека медицинскими силами и средствами чаще всего в значительной мере ограничено характером развившегося заболевания, степенью морфофункциональных нарушений и отрезком времени, прошедшим после начала заболевания. Так, например, при инсульте восстановление нарушенных двигательных, сенсорных, высших психических и др. функций особенно активно происходит в первые три месяца. В дальнейшем активность восстановления снижается, однако в течение первых шести месяцев и даже до одного года могут происходить достаточно значительные позитивные изменения. По мнению ряда авторов, позитивные восстановительные сдвиги могут наблюдаться и в период от одного года до двух лет (период последствий инсульта), однако их степень носит минимальный характер.
Так или иначе, наступает период, когда у человека, перенесшего серьезное заболевание, которое оставило после себя надолго значительные функциональные нарушения, формируется дефект (парез, паралич, слепота…), который не поддается восстановлению медицинскими мерами. В данном случае медицинские мероприятия направлены на поддержание нормального общего функционального состояния (поддерживающая терапия).

Наряду с этим, человек продолжает жить в обществе, у него остаются прежние планы, жизненные цели и стремление выполнения прежних социальных ролей. С учетом развившегося дефекта здоровья ему становится сложнее все это реализовать. Он просто не знает, как жить в новом для него физическом состоянии. Поэтому главное в жизни человека — это реализация себя как личности, и, соответственно, реабилитационная потребность заключается в социальной реабилитации личности. Таким образом, из вышесказанного вытекает вторая задача

2. Диагностика особенностей личности инвалида и, в частности, типов реагирования его на болезнь и состояние, связанное с нарушениями и дефектами здоровья. При планировании и проведении реабилитационных мероприятий необходимо четко отслеживать каскад патологических, психологических нарушений, являющихся реакцией или следствием основной проблемы, а также динамику переживания нового, непривычного состояния.
Читать далее