Еду на конференцию

Арсений

Новый учебный/рабочий год начался, время освежить наш блог. Лично мой год начинается для меня с интересного события. На следующей неделе с Ольгой Зотовой и Виктором Богомоловым поеду в Польшу на конференцию по ориентированному на решение подходу (SFBT) Евроепейской ассоциации краткосрочной терапии . (http://www.ebta2012.eu/)  Этот подход стал одной из важных составляющих моей работы в последний год, как в индивидуальной терапии, так и в школьной социальной работе.
Пару недель назад организаторы прислали программу конференции. Будет много интересного.
Во первых, хочу посетить воркшоп который будет вести J. Chang из Канады о сочетании нарративных практик и SFBT-практик. Нарративные практики — это еще одно основание моей работы. Я использую идеи и приемы как из одного, так и из другого подхода, и пока не сталкивался с большими трудностями или противоречиями. Эти подходы довольно сильно близки.  Но я , если честно, особо не рефлексировал по этому поводу. Надеюсь, что воркшоп по этой теме. натолкнет на размышления.

Во -вторых жду воркшоп Sue Young по группам поддержки для работы со школьной травлей. Этот способ работы с травлей основан на принципах SFBT, поэтому, краткосрочный, с опорой на сильные стороны. Подробнее можно прочитать в блоге у Виктора Богомолова (вот тут) который меня с этим способом работы и познакомил. В нашем центре «РОСТ» мы пробуем проводить группы поддержки в школах, но остается много вопросов. Надеюсь встреча с автором метода поможет получить ответы на свои вопросы.

Еще я точно буду принимать в воркшопе K. Mahlberg из Швеции посвященному коучингу в классе, т. к. опять же, пытаемся в РОСТЕ использовать программу  коучинга в классе на основе SFBT Working on What Works в работе со школами. Эта программа  позволяет значительно улучшить взаимодействие учеников друг с другом и с учителем и при этом малозатратна как для школы, так и для социальных работников.

Будет еще много чего, но эти три воркшопа, пожалуй, вызывают больше всего интереса. Надеюсь, у меня получится писать сюда во время конференции. Так что ждите подробностей.

Реклама

Арт Фишер. Власть и обещание «невинных» пространств

В данной статье я кратко и насыщенно представляю идею, которая родилась из работы, занимающей меня сегодня в контексте консультирования, обучения или написания текстов о консультировании. Идея заключается в том, что властные практики эффективны, поскольку они обещают нам нечто, а именно продуктивное «альтернативное» пространство жизни.

Среди примеров — «альтернативное» пространство мужско-женской «любви», обещанное в рамках практик «романтических отношений». Подобное обещание («альтернативного» пространства любви) по существу приводит к практикам доминирования, делая невидимым сексизм и гетеросексизм романтических практик мужчин/женщин.

Другим примером может послужить «альтернативное» пространство справедливости, которое противостоит социальным практикам сексизма и гетеросексизма — оно также предлагает обещание, которое фактически приводит к практикам доминирования, делая невидимыми мое собственное воспроизводство доминирования внутри «альтернативных» практик социальной справедливости.

Десять лет я работал в самоорганизованных кризисных центрах и сервисах для беженцев, созданных в рамках феминисткого движения Канады — в качестве консультанта для мужчин и координатора программы, работающей с мужским насилием в отношении женщин. На мою работу влияли знания, полученные от многих учителей в контекстах политического искусства, феминизма, гей активизма, деконструкции, практик, противостоящих угнетению, дискурса интервенций в отношении домашнего насилия, практики приглашения к ответственности мужчин, соврешивших насилие, и нарративной терапии.

Читать далее


О критической социальной работе

Отличная статья Дарьи Кутузовой «Психологическая помощь: на стороне социальных реформ или социального контроля? Современная критическая социальная работа за рубежом» теперь доступна онлайн:

http://dariakutuzova.wordpress.com/2011/11/17/crisocwork/


Семинар Арта Фишера (Канада) по работе с домашним насилием, Москва

Приглашаем психологов, психотерапевтов и социальных работников на семинар, посвященный работе с ситуациями домашнего (семейного) насилия. Семинар будет проходить 20-21 октября в Москве.

Арт Фишер — директор канадского центра «Альтернативы» (http://www.alternativesinstitute.com/), занимающегося консультированием  в случаях насилия в семье. На данный момент он является одним из самых востребованных нарративных практиков в мире. Арт Фишер критически осмысливает как классический доминирующий подход к работе с домашним насилием, так и «альтернативные» практики (нарративная терапия). Он преподавал в США, Канаде, Мексике, Англии, Ирландии, Дании, Швеции, Норвегии, Греции, Новой Зеландии и Австралии. С 2006 года является постоянным супервизором и проводит регулярные долгосрочные обучающие программы в Дании и Ирландии.
Семинар будет посвящен критическому осмыслению различных подходов и практик в работе с домашним насилием, а также Арт Фишер представит разработанную им «карту» — ориентир для беседы с людьми  совершающими или совершившими насилие. Участие в семинаре позволит познакомиться с данным методом и поисследовать его возможности на практике.

Записаться на семинар и задать вопросы можно организаторам:
Богомолов Виктор      +79163232037 victorbogomolov gmail.com
Павловский Арсений +79250301165 pavlovsky.arseniy gmail.com


Социальный работник идет к психотерапевту

Это небольшая зарисовка в формате «накипело». Она содержит некоторые наблюдения из собственного опыта и из опыта коллег и друзей. Под социальной работой я здесь подразумеваю более широкое поле профессий — т.е. всех тех, кто работает, в социальной сфере, например, социальные работники где бы то ни было, социальные педагоги в школах, психологи в школах, в тюрьмах, в домах для престарелых, сотрудники НКО и благотворительных организаций, и т.п.  Под психотерапией — психотерапию, с которой я сталкиваюсь сейчас у нас в стране, или скажем уже, в Москве.

Когда социальный работник идет к психотерапевту — это хороший знак, это необходимо для того, чтобы не выгореть. Все мы можем прочитать об этом в учебниках: супервизия и личная терапия. С супервизией могут быть проблемы, потому что эта практика еще не совсем популярна, да и многие социальные сферы только начинают осваиваться социальными работниками, то есть порой еще слишком рано, чтобы можно было найти опытного наставника.   С личной терапией вроде бы все должно быть в порядке. Ан-нет.

Честно говоря, в последнее время я выбираю терапевта, словно бы это я сама принадлежу к некоей социально исключенной группе, как будто это я ношу в себе некую стигму. И стигма эта — «работник социальной сферы». И я точно знаю при каких терапевтах мне не стоит даже заикаться о своей работе.

Да, моя работа, кажется, не из сладких —  паллиативная помощь детям. До этого моя деятельность тоже была благоприятной для интерпретаций — уличная работа с потребителями наркотиков. И да, очень часто выходило, что мой выбор профессии считался некоей паталогией — терапевты хотели исследовать мое прошлое и найти некоторый травмирующий опыт, который бы объяснял мой выбор профессии и «выводил на чистую воду» мои ценности — например, стремление к социальной справедливости и т.п. Недавно я предложила работать в социальной сфере одной из своих знакомых, однако ее терапевт «отговорил» ее, кажется, используя тот же нехитрый механизм.

Одна из моих ценностей, которые интерпретируются без запроса, — отсутствие большого интереса к успешной частной практике и к зарабатыванию очень-очень больших денег. Отсутствие этого интереса словно бы подчеркивает «патологичность» моего выбора профессии. Хотя я сейчас зарабатываю достаточно, думаю, что даже больше, чем некоторые частнопрактикующие терапевты. Предложение поисследовать эту мою «проблему» нелюбви к успешности вызывает желание предложить терапевту поисследовать некоторую его проблему, а именно — его собственные отношения с деньгами и успехом, которые вынуждают его ставить под вопрос мой стиль жизни. К сожалению, такая установка у наших терапевтов распространена, что делает поиск терапевта для социального работника достаточно сложной задачей.

Один из терапевтов, с которыми мне довелось обсуждать работу, сказал мне как-то, что он «не верит» в то, что я делаю, считает то, что я делаю неэффективным. Для социальной работы, которая стремится в свой научной части быть «evidence-based», такой взгляд — профанация. Я использую только те практики, что доказали свою эффективность, и если терапевт не верит в меня в этом вопросе и высказывается в регистре мнения, а не знания, лично я теряю к нему доверие. Мною это переживается как очень грубая оценка.

И еще одно наблюдение — когда я говорю о своей работе, терапевты часто кивают головой и вздыхают «тяжелая работа». Думаю, что это ошибка феноменологического плана. Возможно, для терапевта моя работа — тяжелая, но мне гораздо проще составить план работы с семьей и работать по этому плану в течение месяца, чем три года проводить долгосрочную терапию с одним и тем же клиентом, который каждую встречу размышляет об экзистенциальных данностях. По мне, такая работа гораздо тяжелее моей. Похоже, что когда терапевт боится работы клиента, это не добавляет глубины их отношениям.

И последний жгучий вопрос — это плата за терапию. С этим туго, ибо если Вы нашли терапевта с «правильными» ценностями, может быть сложно убедить его в том, что Ваша работа не лежит в области коммерции, и Вы не готовы платить много. Разве отсутствие у Вас денег значит, что Вы с Вашей работой недостойны качественной психотерапии? Если бы терапевты совсем не практиковали гибкую ценовую политику, выходило бы, что работникам социальной сферы доставались бы только терапевты-новички и только на краткий период. К счастью, можно найти терапевта с опытом, с которым можно договориться.

Вышло так, что самый важный критерий для меня в поиске терапевта сейчас — его собственный опыт в социальной сфере. Кажется, что если терапевт сам частично практикует, он может учесть все те ньюансы, описанные выше, что сделает Вашу работу по-настоящему эффективной, а не вечной борьбой одного взгляда на мир и другого (которые в общем-то, имеют не такие уж и жесткие границы).

 

Саша


Почему клиенты уходят из терапии. Данные исследований от A до Z.

A) Клиенты с низкими показателями по шкале самооценки Розеберга и клиенты из культурных меньшинств чаще прекращают терапию раньше намеченного ( Hubble, Duncan & Miller, 1999; Lambert, 2004)

B) Тяжесть симптомов в начале терапии предсказывает уход клиента из терапии (Clarkin & Levy, 2004)

C) Негативное отношение к терапии связано с ранним уходом клиента (Lambert, 2004). Верно и противоположное: клиенты, которые считают в конце первой сессии, что терапия им поможет, 20% эффекта получают именно в эту первую сессию (Wampold, 2001).

Читать далее


В.В.Москвичев: «Социальная и психологическая помощь семьям подростков в кризисной ситуации»


Лектор: Москвичев Вячеслав Викторович, руководитель Центра социально-психологической адаптации и развития подростков «Перекресток».
Лекция посвящена концепции восстановительного подхода к оказанию социальной и психологической помощи подросткам и их семьям в трудных ситуациях.

Дополнительные материалы: http://mgppu.ru/lektoriy/2010-2011/30.03.11a.php